Уже почти месяц назад мы с М. сгоняли на четыре дня в Венецию. Видели солнце, дождь, снег, наводнение, не меньше тысячи квадратных метров утомительного Тинторетто и несколько изумительных Беллини, были на Торчелло и на Бурано, выпивали в «Paradiso Perduto» на набержной Мизерикордия, постоянно ели пиццу на Campo St. Margherita и запивали разливным красным, купили шар и мышь примерно тридцатых годов, а по ночам читали «Набережную неисцелимых» и путеводитель Екатерины Деготь (безусловный шедевр).

Лучше всего в Венеции ночью (если только не идёт снег).

И особенно хорошо — у Арсенала. Трофейный лысый лев, спёртый из Греции.

В первый день светило солнце, и мы устроили пикник на газончике у гондольных мастерских.

Прошлись по набержной Неисцелимых.

На следующий день стало пасмурно.

К вечеру зарядил дождь, а наутро пошел снег.

Жаль, что не такой густой, как четыре года назад.

Потом начала прибывать вода.

Началось наводнение, в полночь заорала сирена с кампанилы Сан-Марко (М. в это время носилась по мосткам и страшно испугалась, решив, что это ей сигналят).

Но у нас с собой было!

В гостинице (а жили мы, кстати, в роскошной 1-звездочной гостинице!) начало подтапливать первый этаж, консьерж проложил мостки, но утром вода уже спала. Пора домой.

Острова. Маццорбо—Бурано—Торчелло—Мурано

У нас была установка — попасть на Торчелло. А путь туда лежит через Бурано. А по пути на Бурано можно выйти на Маццорбо.

Бурано — это остров с цветными конфетными домиками.

Подозреваю, что жители выбирают белье в цвет дома (или по контрасту).

Удивительное место. Здесь каждый (буквально) кадр — это открытка.

Даже если фотографировать ремонтные работы.

Встречается разруха, но её очень мало.

В основном всё вылизано, везде стоят вёдра и висят швабры.

Ведро! Швабра!

Почему-то у всех домов печка выпирает на улицу (отмечу также три швабры, ведро и совок).

Форма бывает разная, но всё время выпирает.

От цвета дома это не зависит.

Есть безумный экземпляр.

Согревались (а было холодно) домашним разливным с Campo St. Margherita. Хорошее, вот только бутылка нефотогеничная.

От Бурано уже близко до Торчелло, еще минут десять на подкидыше-вапоретто. А на Торчелло — романтическое запустение, лопухи, ряска, и посреди всего этого — храм с потрясающими византийскими мозайками, века эдак десятого. Китчу Сан-Марко до сюда, как пишет Деготь, «во всех смыслах далеко».

Вот, например, ад.

Какие черепа, а?

На обратном пути вышли на Мурано, но там как-то неуютно. Лавок со стеклянным ширпотребом (в большинстве своём — поразительно безвкусным) еще больше, чем в Венеции.

Но есть одна церковь с византийскими мозайками. Роскоши Торчелло тут нет, но есть безуминка.

Это всё на полу.

На этом мы прекращаем наш репортаж.
Постскриптум. Очень жалею, что пожадничал и не купил японского робота в гениальном японско-битломанском магазине на пути из Риальто в Дорсодуро. Ну, в следующий раз.