великий инквизитор

[kobak]

У нас в институте замечательный преподаватель философии — замечательный в буквальном смысле. Его предмет занимает у нас по плану два семестра: после одного семестра краткой истории философии на третьем курсе, он посвятил весь семестр на четвертом курсе филофии Ницше. Речь идет о сугубо техническом ВУЗе, потоке в две сотни человек, которые в подавляющем своем большинстве — зашоренные на компьютерах и культурно необразованные совершенно люди. При этом лекции больше напоминают проповеди — причем небезынтересные, поскольку лектор по-своему артистичен, напорист, безапелляционен и страшно увлекающийся. Каждую неделю по полтора часа он пытается убедить сотню присутствующих будущих инженеров и программистов в том, что надо, грубо говоря, думать самому.

Кроме всего прочего, он в течение этого ницшеанского семестра задает на дом три сочинения. Темы: «Цель, смысл и ценность жизни в Книге Екклесиаста и в Нагорной Проповеди», «Жизнь перед лицом смерти и смерть перед лицом жизни по „Рассказу о Сергее Петровиче“ Андреева и „Смерти Ивана Ильича“ Толстого» и наконец «Является ли Великий Инквизитор сверхчеловеком?». Объем каждого сочинения — одна печатная страница. Речь идет, напоминаю, о четвертом курсе технического ВУЗа. Каково?!

Только что дописал текст на последнюю тему. Остался неожиданно доволен: всё, как мне кажется, довольно четко. Особенно горд пассажем про Жириновского.

ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ВЕЛИКИЙ ИНКВИЗИТОР СВЕРХЧЕЛОВЕКОМ?

Мой ответ на этот вопрос — «нет». Дальнейшее есть попытка обоснования этого мнения.

Начать нужно было бы с определения понятия сверхчеловек, но проблема заключается в том, что Ницше нигде не дает четкого определения этому термину (между тем, одному из основополагающих для его философии), используя его подчас даже в несколько различных значениях. Будем поэтому понимать под сверхчеловеком некоторый ницшеанский идеал — человека, который полностью следует учению Ницше, который смог полностью освободиться от человеческих заблуждений, слабостей и моральных уз. Вопрос теперь сводится к тому, насколько поступки выведенного Иваном Карамазовым Великого Инквизитора согласуются с философией Ницше.

Основная идея Великого Инквизитора, если попытаться ужать всю его исповедь (или скорее отповедь) Христу до одного предложения, заключается в том, что он вместе со всей католической церковью хочет по возможности осчастливить каждого человека и вынужден для этого лишить его какой-либо свободы, потому что свобода, которую так хотел дать людям Иисус, нужна только меньшинству и оказывается губительна для большинства. «Или Тебе дороги лишь десятки тысяч великих и сильных, — остальные же миллионы, многочисленные, как песок морской, слабых, но любящих Тебя, должны лишь послужить материалом для великих и сильных?» — восклицает Инквизитор. И продолжает: «Или Ты забыл, что спокойствие и даже смерть человеку дороже свободного выбора в познании добра и зла?» Таким образом, идея Инквизитора напоминает любимую идею В. В. Жириновского, которую он не устает повторять после прошедших только что выборов: людям в России не нужна свобода и демократия — им нужно спокойствие и комфорт. Либерально-демократическая идея — это, может быть, и хорошая идея, утверждает Жириновский, но не для России. Христианская идея — это, может быть, и хорошая идея, утверждает Инквизитор, но далеко не для каждого. Поэтому он в заботе о каждом берется «исправить» эту идею.

Но как раз такой подход чужд ницшеанскому сверхчеловеку. Да, он разделяет точку зрения Инквизитора, что человек в массе своей «слаб и подл». Да, он тоже считает, что обычному человеку спокойствие дороже свободы, — и в этом он схож с Инквизитором. Но сверхчеловеку нет никакого дела до этого самого обычного человека. Его совершенно не заботит судьба обычных людей, как его не заботит судьба, скажем, дождевых червей. Он никогда бы не стал становиться во главе толпы, как делает это (принося, по собственным словам, себя в жертву) Инквизитор. Ему как раз таки дороги «десятки тысяч великих и сильных», которыми Инквизитор попрекает Христа (любопытно, что тем самым — наоборот! — Иисус в представлении Инквизитора неожиданно начинает напоминать сверхчеловека — нелепая, конечно, с точки зрения Ницше, идея). Сверхчеловек идет своим собственным путем и не намерен обращать внимания на толпу, а тем более руководить ею. Вот, в чем кроется основное противоречие между Инквизитором и сверхчеловеком.

В общем, ИТМО, четвертый курс, лекции г-на Садовникова — рекомендую.