про пирожные мадлен

Когда-то в седьмом классе мы наладили у себя в 34-ом кабинете уникальную аудиосистему: кассетный плеер был подсоединен самодельными проводами к виниловому проигрывателю, который играл роль усилителя. Времена были либеральные, и администрация из кабинета напротив как-то нас терпела, хотя слушали мы, гм, вовсе не Локателли. Главным хитом в какой-то момент была некая песня «Antenn MC and DJ Jamm — You belong to me», о которой я тут случайно вспомнил и отыскал в интернете. Чудовищная вещь, конечно, но сколько сразу воспоминаний.

Музыка — я подумал — идеальна для рубрикации памяти: зрительные образы слишком очевидны, а обоняние, наоборот, слишком эфемерно — хоть и способно порой сработать сильнее всего. В музыку, которая случайно звучала в момент сильных переживаний, ассоциации врастают намертво.

Вот несколько моих (перечисляю чувства, не факты): «Луч солнца золотого» и «Kiss my knee» — это грусть, но лёгкая. «Una voce poco fa» и «Alabama song» — это окрылённость, но робкая. Аллегро из 13-ой сонаты Бетховена в чеканном гульдовском исполнении — крах, без «но». Да, чуть не забыл самое важное: «До свиданья, наш ласковый миша» — это ожидание чуда, что-то детское и слегка печальное.

А Лёша kapahel утверждает, что его madeleine — это группа Пикара (Picard band, ха-ха). «Будем песню беречь, // До свиданья, до новых встреч!»