огурцы с пупырышками

Хотел написать о серьезном, но мой друг каякер С. просит перевести «заумный блог про огурцы» в «нормальный дневник о самочувствии семьи и поисках квартиры». Пока я собирался ему ответить, мы уже переехали: живем теперь в Чизике в огромном доме начала 30-х годов со смешным лифтом, медными табличками с номерами квартир и темно-красным сплошным ковром в коридорах каждого этажа и на лестнице — интерьеры напоминают фильм Shining. О достопримечательностях Чизика (от художника Уильяма Хогарта и поэта Уго Фосколо до пивоварни Fuller's) расскажу как-нибудь отдельно.

Но всё-таки про огурцы! Найти настоящие пупырчатые огурцы в Лондоне мне удалось уже в двух местах: сначала в польском магазине «Mleczko», а потом на воскресном рынке в Чизике (а, например, на знаменитом Borough Market — фиг). Рынок, кстати, смешной: местные фермеры продают видов пятнадцать яблочного сока из разного сорта яблок, француз торгует вареньем, японка делает суши, а какой-то суровый мужик продает угрей из пенопластовой коробки и шотландские лисички. Вообще по сравнению с Фрайбургом тут одно расстройство — вишни нет, крыжовника почти нет, сливы мирабель (маленькие желтенькие) я видел один раз, помидоры обычно невкусные. Черника вся неправильная, не черная и не окрашивает язык.

Еще: месяц назад был в Петербурге, и мы с моим другом математиком К. проспорили часа три об апологетике, ходя кругами по Таврическому саду. Несносный К. настаивал на всякой ереси, но всё равно — какое же это блаженство! Не помню, когда я последний раз с кем-то дискутировал на действительно важную для меня тему (наш разговор, кстати, начался о кулинарии; переход от кулинарии к апологетике предлагаю читателю домыслить самостоятельно). В пылу спора где-то в Таврическом саду потерял коробочку хмели-сунели с Мальцевского рынка. Кроме того, с моим другом специалистом по пиву М. искупались в Неве и объелись черникой (правильной). И еще я сходил на блошиный рынок на Удельной и купил там большие счеты, маленькие счеты и красное игрушечное пианино. А мой друг философ К. вдохновенно рассказывал что-то фантастическое о теологии и программировании (и еще о женщинах-колли!). И еще, и еще.